Кол-во книг: 87, статей - 128
Поиск по: статьям :: книгам
 

Сказка «Братец-весельчак» и христианское видение рая

А.Л. Буряковский

Образ рая: от мифа к утопии. Серия “Symposium”, выпуск 31. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2003. С.204-208

«А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого он призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил»

(Рим. 8: 30)

[204]

Христианство есть учение о спасении, понимаемом как освобождение от греха и смерти. Окончательная, вселенская победа над ними неизбежна в конце времён. Однако некоторые люди уже обрели благодать и тем самым индивидуальное спасение. Их души пребудут до восстановления плоти в состоянии райского блаженства. Или же, как полагают более осторожные богословы, в предвкушении блаженства, ожидающего праведников после восстановления плоти.

Вместе с тем, при всей несомненной важности представлений о рае (и аде) для христианства, природа райского блаженства мало освещена в Библии. То, что можно найти там по этой проблеме,

[205]

скупо и сбивчиво. Характерно, что и авторитетные христианские мыслители и церковные деятели также мало пролили света на вопрос о рае. Следуя словам апостола Павла о том, что последние вещи мы видим сегодня как бы сквозь мутное стекло, гадательно, христианские писатели, как правило, склонялись к мнению о невозможности постижения рая и даже настаивали на недопустимости самих попыток такого рода. Блаженный Августин связывал полное постижение рая, как и других существенных вещей, с обретением самого рая. Афанасий Великий, указывая на то, что ещё никто не вернулся с того света, считал вопрос о месте пребывания отошедших душ скрытым от человеческого разума. Жан Кальвин не только находил проблему неразрешимой, но и утверждал, что стремление к её разрешению смехотворно и даже греховно. Он призывал довольствоваться тем, что открыто нам богом, и не предаваться пустым фантазиям. Желание иных умников заглянуть в самые потаённые уголки царствия небесного он полагал просто неприличным. Иммануил Кант, как человек верующий, полностью был солидарен с Кальвиным. Да и как философ, он считал, что вещи столь отдалённые следует предоставить заботам праздных голов. Уже в ХХ веке Карл Барт писал о том, что в теологии понятия «небесное», «потустороннее», «божественное» абсолютно синонимичны понятиям «сокрытое», «непознаваемое», «запретное».

Теология, следовательно, уклонилась от позитивного изложения содержания представления о рае. Тоже, кстати, можно сказать и в случае с адом — антитезой рая. Кальвин прямо утверждал, что всё, что можно прочесть в Библии об аде, можно смело отнести к разряду предметных метафор. Таким образом, нет никакой возможности логического анализа теологических доктрин о рае. Их попросту нет.

Такое положение дел не означает, тем не менее, что нельзя попытаться понять христианское представление о природе рая. Просто надо попробовать найти иные пути. Возможно, одним из них может послужить анализ психологии практического христианства. Ведь, если бог и сокрыл ответы на последние вопросы от богословов, то он определённо указал способ обретения вечной жизни всякому христианину через откровение: следует вверить себя творцу и следовать его заповедям. Остаётся, таким образом, понять какой же тип личности угоден Всевышнему. Для этого можно, разумеется, поговорить о сущности и психологии веры, проанализировать воздействие следования заповедям на личность или, напротив — о том, кто, собственно, склонен к принятию христианских идеалов. Интереснее, однако, пойти менее традиционным путём. Воспользоваться, например, фольклорными материалами. В отличие от теологии они передают не опыт интеллектуального осмысления догматики, а живые и действенные представления христианства

«к разделу         1.  2.  3.


Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления

«к разделу        1.  2.  3.
  

Поиск по: статьям :: книгам
  Rambler's Top100
 
© 2013 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт. | Статьи партнёров