Кол-во книг: 87, статей - 128
Поиск по: статьям :: книгам


Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления

«к разделу        1.  2.  3.
осмыслению, если они несут угрозу его естественным правам, безопасности, жизни, порождают чувство физической беспомощности перед их мощью.

Мифология привлекает к себе носителя современного правосознания тем, что в условиях повсеместной «атомизации» социокультурной жизни позволяет личности ощутить причастность собственной единичности к всеобщим первоначалам бытия. Сквозь мифологическую призму морально-правовые требования начинают выглядеть как повеления высшего Закона, а единичное «Я» воспринимается уже не как автономная монада, имеющая право на любую форму свободного волеизъявления, вплоть до вседозволенности, а как частица великого целого, включенная в грандиозный космический круговорот, где не только человек, но даже Солнце и звезды не имеют права на своеволие и обязаны строго следовать путем, предначертанным довлеющим над всеми Законом. Мифология, подобно глубинным подземным водам, питающим надземные источники, насыщает мотивационные механизмы общественного и индивидуального правосознания энергией уверенности в истинности и оправданности законопослушного поведения. При этом мотивационные структуры испытывают детерминирующие воздействия не извне, а изнутри, из глубин собственного бессознательного, где локализованы древние архетипы, переходящие от поколения к поколению по генетическим каналам наследственности. Там, в темных колодцах подсознания живут своей, скрытой от всех, тайной жизнью психические структуры-резонаторы, готовые отозваться в ответ на голос категорических императивов, зазвучавших из метафизических сфер. Миф, опирающийся на то, что Достоевский называл потребностью в чуде, тайне и авторитете, способен побуждать к активной практической и духовной, жизни дремлющие внутри человеческого «я» резервы. И когда эти резервы смыкаются с структурами индивидуального правосознания, происходит удивительное: право, оплодотворенное мифом, становится могучим фактором развития цивилизованных отношений.. Нормативные начала, содержащиеся в архетипах и мифах, всегда несли в себе способность освобождать человека от каких-либо сомнений. Они же, подобно хромосомам в генетике, предопределяли особенности возникающих на их основе норм морали и права. Разумеется, право как унифицированная знаковая система с однозначными формулировками своих требований, и миф, живописующий свои фантастические картины, далеко не всегда пересекаются своими нормативными сюжетами и смысловыми схемами. Но если двигаться по каузальной цепочке исторических изменений вспять, к архаическим первоистокам, то в глубинах древнего, родового предсознания непременно обнаружится общий пункт, единое лоно, из которого вышли и универсальные мифологические «первообразы-первонормы» и первопринципы естественного права. Если мифологию и право поместить друг против друга, то у них появится возможность, всматриваясь друг в друга, увидеть и понять многое из того, что иным способом просто не постичь: правосознание сможет узнать в мифе свои младенческие задатки, а мифосознание будет прозревать в праве черты своей будущей возмужалости. В правосознании продолжают присутствовать и жить своей, вполне самостоятельной социокультурной жизнью немало фигур мифомышления. Это, во-первых, духовная практика апелляций к абсолютному авторитету: в естественном праве таковым может выступать либо Бог, либо разум, а в позитивном праве это всегда государство. Для индивидуального правосознания абсолютной авторитетностью должны и могут обладать требования законодательства, нормативные предписания существующих кодексов. Во-вторых, это апелляция к чуду: правосознание склонно связывать его с идеей высшей справедливости, с верой в ее спасительную роль, способность придать социальной жизни такую степень гармоничности и совершенства, что она станет сказочной и небывалой. В-третьих, это апелляция к тайне. Только на первый взгляд может показаться, что правоотношения достаточно прозрачны для познания, но на самом деле представления о такой прозрачности иллюзорны и мир права можно сравнить с бездонным колодцем, в темных глубинах которого скрыто немало таинственного. В мире права апофатизм как убежденность в существовании непостижимых загадок и тайн всегда будет оставаться доминантой в умозрениях естественно правовой философии. И причина этого — связь данного мира не только с коллективным бессознательным, с архетипическими основаниями психики и мифологическими структурами сознания, но и с метафизической

«к разделу         1.  2.  3.

Поиск по: статьям :: книгам
  Rambler's Top100
 
© 2013 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт. | Статьи партнёров