Кол-во книг: 87, статей - 128
Поиск по: статьям :: книгам
 

Пир поэзии и философии

С.В. Бусов

Звучащая философия. Сборник материалов конференции. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2003. С.45-49

[45]

В своей архаичной форме поэзия явилась как ритмическая, магико-приподнятая речь — неотъемлемый атрибут коллективно-общинной жизни. Бесспорно, древние люди говорили также и прозой. Но в прозе меньше магии, в ней оседала обыденность. Поэзия становилась празднично-ритуальным, обрядово-коллективным феноменом, неизменно сопутствующим охоте, рыболовству, войне, уборке урожая. Как часть искусства, она создает знаково-символическую форму всех, сколько-нибудь заметных, социальных явлений. В основе любой общественной традиции лежит первоначальный изоморфизм, соответствие ритмов трудовых актов и ритмов магико-ритуальных, обрядово-поэтических и музыкальных. Схватывание и изображение этих ритмов коллективной жизни (а в ней и через нее — космических ритмов) — залог общезначимости поэзии, ее символов, образов и идеалов. Отсюда — появление художественных эмоций, формирование страстей. Вначале поэзия была неразрывна с магией. Их объединяли поиски ритмов, соответствий, эмоций, образов, движений, звуков и т.д., но потом пути разошлись. Поэзия оставалась за теми, кто понимал, что иллюзия искусства служит им не заменой действительности, а лишь символической, эмоционально-художественной компенсацией (сублимацией) или дополнением к действительности, одной из форм ее проявления. Чары искусства служили и служат эстетическому удовольствию.

Стремление (воля к…) получить удовольствие от потребления культурной ценности, в культурной форме, т.е. способом, инстинктивно не закрепленным, а зафиксированным традицией и нормой, такое стремление уже в седой древности делается общераспространенным и заразительным. История людей с этих пор становится историей борьбы именно за культурные удовольствия, за ценности, недостаток или несовершенство которых являются источником почти всех(!) движущих людьми интересов. Отныне человека интересует не само по себе насыщение потребности, а лишь та или иная его культурно сублимированная форма. Т.е. важнее ритуал еды, например, пир, чем сама физиология. Подобно тому, как из 32 букв алфавита формально возможно бесконечное число слов, так и на основе ограниченного числа основных видов «инстинктивных удовольствий» формально возможно неограниченное количество их сублимаций,

[46]

или культурно-ценностных ориентаций, выраженных в обрядах, ритуалах, привычках. Воля человека обрела, таким образом, неограниченный источник своего могущества.

Культурные формы поведения потому закрепились в общественной и исторической традиции, что являлись действенной формой разрешения каких-то общественных противоречий и проблем. Так застолье — лучшее средство снятия разногласий. Пир — форма согласия, гармонизация интересов, настройка на положительные эмоции. Пир — образ блага и образ красоты. Пиршество есть ритуал, который формирует как моральную норму, например, добро, так и эстетическую норму, например, прекрасное.

О миссии прекрасного. Вспоминается старый спор: будет ли Аполлон Бельведерский также прекрасен, если на земле не останется ни одного ценителя его красоты?

Красота природы сама по себе невыразительна. Это, так сказать, вещь в себе. Поэт наделяет эту красоту языком, озвучивает ее, осмысляет, придает ей культурное значение, форму. Природа реальная и природа искусственная, художественно выраженная, это разные вещи, две разные природы. Скульптура бога Аполлона прекрасна. Красота и создается, и воспринимается. Скульптура сохраняется надолго. Но не навечно. Лишь воспринимающий, оценивающий продлевает красоту, делает ее долговечной. Если Аполлон останется без пригляда, то со временем он разрушится и

«к разделу         1.  2.  3.


Тексты книг принадлежат их авторам и размещены для ознакомления

«к разделу        1.  2.  3.
  

Поиск по: статьям :: книгам
  Rambler's Top100
 
© 2013 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт. | Статьи партнёров